Телефон Горячей Линии для жителей Москвы и Московской области

С 9-00 до 21-00

Юридическая Консультация в Офисе и по Телефону

С 9-00 до 21-00

(916) 688-96-21


РЕШЕНИЕ ВАШИХ ПРОБЛЕМ В ТРИ ЭТАПА:
ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

ПРАВО ПОТЕРПЕВШЕГО НА ВЫБОР СПОСОБА ЗАЩИТЫ И ПРАВО СУДА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ КВАЛИФИКАЦИЮ: ВОПРОСЫ СООТНОШЕНИЯ

В статье рассматривается актуальный вопрос о соотношении права потерпевшего на выбор способа защиты и права суда на юридическую квалификацию спорного правоотношения. На основе анализа процессуального законодательства и судебной практики можно придти к выводу, что возможность суда изменять первоначальную квалификацию без согласия истца зависит от характера допущенной последним ошибки.

    Право потерпевшего на выбор способа защиты является проявлением присущего гражданскому праву принципа диспозитивности. При обращении в суд за защитой данное право реализуется следующим образом: истец по своему усмотрению определяет способ защиты, применение которого, по его мнению, позволит обеспечить защиту нарушенного права (предмет иска), фактические обстоятельства, из которых вытекает его требование (фактическое основание), а также правовые нормы, обосновывающие его требование (правовое основание). Бесплатная Консультация Юриста

    Вместе с тем сложность, неоднозначность спора, отсутствие у истца достаточных правовых знаний или квалифицированной юридической помощи, несовершенство правового регулирования, изменение правовой позиции высших судебных органов могут привести к расхождениям в первоначальной квалификации спорного отношения и окончательной квалификации, которую осуществляет суд при вынесении решения. Если до недавнего времени ошибка в первоначальной квалификации в большинстве случаев приводила к отказу судебной защите в связи с выбором ненадлежащего способа защиты, то с принятием совместного Постановления Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление ВС и ВАС N 10/22) позиция высших судебных органов получила новое звучание. Судам было разъяснено, что ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (п. 3 Постановления N 10/22). Хотя разъяснение было дано применительно к спорам о защите вещных прав, нельзя не признать, что оно выходит за рамки указанной категории дел и может применяться при рассмотрении любых споров.

    Описанная выше правовая позиция неизбежно порождает ряд вопросов теоретического и практического характера, в том числе вопрос о соотношении права суда на юридическую квалификацию спорного правоотношения и права истца на выбор гражданско-правового способа защиты. Представляется, что ответ на этот вопрос непосредственно зависит от того, какая ошибка в первоначальной квалификации была допущена истцом.

    Ошибка в предмете. Правительство Москвы обратилось в арбитражный суд с иском о признании зарегистрированного права собственности общества с ограниченной ответственностью на объект незавершенного строительства прекращенным. Как следует из обстоятельств дела, этот объект был приобретен ответчиком по договору купли-продажи, но затем перестал существовать из-за разрушения его конструктивных частей. Истец же был лишен возможности распорядиться земельным участком в связи с наличием записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество (далее - ЕГРП) о праве собственности ответчика на несуществующий объект недвижимости.

    ВАС РФ квалифицировал требование истца как требование о признании права отсутствующим, приняв во внимание, что иск был заявлен с целью изменения данных, содержащихся в системе учета прав на недвижимое имущество, приведения их в соответствие с фактическими обстоятельствами, с которыми закон связывает прекращение права собственности. Такое требование по своему характеру, целевой направленности и условиям предъявления аналогично способу защиты права, указанному в п. 52 Постановления ВС и ВАС N 10/22.

    Как верно указал ВАС РФ, несовпадение формулировки заявленного иска с названием способа защиты права не влияет на существо требования.

    Истец верно определил применимый в данной ситуации способ защиты, но неверно его обозначил. Исправляя ошибку в названии способа защиты, суд тем самым лишь уточняет предмет иска, но не выходит за пределы исковых требований и не нарушает право истца на выбор способа защиты (ст. 196 ГПК РФ, ст. 168 АПК РФ).

    Ошибка в правовом основании, которую можно проиллюстрировать на следующем примере. Собственник нежилых помещений потребовал в судебном порядке от банка освобождения принадлежащих ему помещений, которые ответчик незаконно занимал. При этом в качестве обоснования истец ссылался не на нормы Гражданского кодекса РФ об истребовании имущества из чужого незаконного владения (ст. 301), а на правила об устранении препятствий, не связанных с лишением владения (ст. 304). Рассматривая этот спор, арбитражный суд посчитал, что истцом был выбран ненадлежащий способ защиты, и отказал в иске.

    Суд не принял во внимание, что фактическое основание иска соответствует условиям предъявления виндикационного требования (вещь выбыла из владения истца, и на момент предъявления иска ею неправомерно владеет ответчик). При принятии решения суд в силу предоставленных ему процессуальным законодательством полномочий определяет, какие нормы права подлежат применению. Изменение правовой квалификации в данном случае означает уточнение правового основания иска при неизменности других его элементов. Поскольку внутреннее тождество иска сохраняется, нет оснований полагать, что суд выходит за пределы исковых требований и нарушает право истца на выбор способа защиты.

    Однако чаще встречаются случаи, когда ошибка в основании влечет ошибочное определение истцом предмета иска, т.е. имеет место ошибка в предмете и основании иска.

    Последствия этой ошибки могут быть двоякого рода.

    1. Наглядным примером могут служить решения арбитражных судов по спорам из инвестиционных соглашений, участники которых вкладывают средства в создание объектов недвижимости взамен приобретения доли в праве собственности на результат строительства. Одна из сторон инвестиционного соглашения регистрирует право собственности на свое имя, лишая тем самым других участников возможности осуществлять правомочия собственника.

    Потерпевшие требуют в судебном порядке признания доли в праве общей собственности на созданный объект недвижимости. Арбитражные суды, следуя позиции ВАС РФ, квалифицируют отношения сторон инвестиционного договора как обязательственные в связи с отсутствием государственной регистрации общей долевой собственности и, вместо того чтобы отказать в иске в связи с применением ненадлежащего способа защиты, удовлетворяют заявленные требования как требования о регистрации права по ст. 551 ГК. По одному из подобных дел, которое рассматривалось ВАС РФ в порядке надзора, решение было обосновано следующим образом: формально истцом был избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права. Но предъявляя иск о признании за ним права собственности на спорные квартиры, истец, по существу, требовал от ответчика исполнения им обязанности по передаче и регистрации перехода права на эти квартиры.

    В данном случае правильная квалификация правоотношения сопряжена с изменением предмета и основания иска, но это не влечет изменения объекта защиты: и требование о признании права истца на спорное имущество, и требование о государственной регистрации права являются способами защиты охраняемого законом интереса в устранении неопределенности относительно принадлежности имущества истцу. Поскольку объект защиты остается неизменным, способы защиты преследуют одну и ту же цель (внесение записи о вещном праве в реестр), можно утверждать, что иск сохраняет свое тождество и новое требование может быть рассмотрено в этом же процессе. Другое дело, что одновременное изменение предмета и основания иска по инициативе суда означает выход суда за пределы исковых требований и нарушение принципа диспозитивности, проявлением которого является право истца по своему усмотрению выбирать способ защиты, а также уточнять предмет и основание иска в судебном процессе. Соответствующим закону был бы следующий вариант: установив, что предмет и основания заявленного иска не вытекают из обстоятельств дела и правовых норм, суд предлагает истцу изменить первоначальную квалификацию. В случае если истец не воспользуется этой возможностью, суд рассматривает спор по существу и выносит решение об отказе в иске.

    2. По спорам о правах на недвижимое имущество типичной является ситуация, когда истец заявляет требование о признании права собственности на объект недвижимости, в отношении которого в ЕГРП имеется запись о вещном праве ответчика. При этом в процессе рассмотрения дела выясняется, что истец не владеет спорным имуществом. Опираясь на разъяснение высших судебных инстанций, что оспаривание зарегистрированного права ответчика, в незаконном владении которого находится объект недвижимости, осуществляется посредством виндикации, суды приходят к выводу о применении ненадлежащего способа защиты и отказывают в иске о признании права.

    С этой позицией, выраженной судебными органами по ряду дел, можно согласиться. Действительно, в данном случае нельзя говорить об уточнении иска, так как изменение фактического основания приводит к изменению правовой квалификации, меняется и предмет иска - вместо требования о признании права собственности должно быть заявлено требование о возврате имущества из чужого незаконного владения. Но, что еще более важно, подобные изменения элементов иска сопровождаются изменением объекта защиты - если требование о признании права собственности направлено на защиту охраняемого законом интереса в устранении правовой неопределенности относительно принадлежности имущества, то виндикационный иск обеспечивает защиту субъективного права собственности. Таким образом, в приведенном примере ошибка в предмете и основании иска приводит к изменению объекта защиты, т.е. нарушению тождества иска. Следовательно, новое требование (виндикационный иск) не может быть заявлено в этом же процессе ни по ходатайству истца, ни по инициативе суда.

    Подводя итог, можно отметить, что предоставленная судам при подготовке дела к разбирательству и в процессе его рассмотрения возможность определять фактическое и правовое основание иска не нарушает право истца на выбор способов защиты. Более того, формирующаяся на основе разъяснения высших судов практика показывает, что изменение судом первоначальной квалификации спорного отношения может обеспечить действительную защиту нарушенного права или охраняемого законом интереса потерпевшего. Однако, если истцом допущена ошибка в предмете и основании иска, суд не вправе по своей инициативе изменить первоначальное требование: судьба процесса в данном случае зависит от волеизъявления истца.

Для решения вопроса можете воспользоваться нашим предложением: Бесплатная Юридическая Консультация

Для решения вопроса можете воспользоваться нашим предложением: Бесплатная Юридическая Консультация

С этой статьёй так же читают:

ЗАДАТЬ ВОПРОС ЮРИСТУ

Добавьте файл... captcha



Адвокат Денис Лисенков