Телефон Горячей Линии для жителей Москвы и Московской области

С 9-00 до 21-00

Юридическая Консультация в Офисе и по Телефону

С 9-00 до 21-00

(916) 688-96-21


РЕШЕНИЕ ВАШИХ ПРОБЛЕМ В ТРИ ЭТАПА:
ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

КТО МОЖЕТ БЫТЬ ПРИЗНАН ПОТЕРПЕВШИМ В СИЛУ НОРМ УПК РФ КОНСУЛЬТАЦИЯ АДВОКАТА

        В ряду некоторых важных, но не совсем исчерпанных вопросов российского уголовно-процессуального права все еще остается вопрос о самом определении понятия «потерпевший». В современ­ной юридической литературе различные определения этого понятия имеют своим основанием главным образом уголовно-правовые кри­терии, что не позволяет в полной мере раскрыть характер этого участника уголовного судопроизводства, его особое процессуаль­ное положение и роль в свершении правосудия.

     Следует заметить, что вопреки неправомерному предрассудку заметного числа российских правоохранителей потерпевшим, хотя бы потенциально, должен быть признан не только тот человек, которому преступлением уже причинили моральный, физический или имущественный вред, но и тот, кому приготовлением или покушением на совершение преступления безуспешно попытались нанести вред, но не смогли фактически этого сделать по не зависящим от воли преступников обстоятельствам. Такими случаями, например, могут быть приготовление яда для его отравления, неудачный выстрел в него из огнестрельного оружия как в намеченную потенциальную жерт­ву. В этом смысле всех потерпевших условно можно было бы подразделить на два вида: фактически, или актуально, потерпевших, которым преступлением был причинен очевидный моральный, физи­ческий и имущественный вред, и потенциальных потерпевших, кото­рые избежали такого вреда по разным не зависящим от преступ­ного замысла виновных причинам.

        Во многих международно-правовых документах понятие «потер­певший» обозначается термином «жертва преступления». Так, напри­мер, Декларация основных принципов правосудия для жертв пре­ступления и злоупотребления властью, принятая Резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1985 года, дает свое определение понятия «жертвы преступлений». Согласно этому меж­дународно-правовому документу жертвами преступления являются «лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональ­ные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающе­го действующие национальные уголовные законы государств-чле­нов, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью». Иными словами, уже на уровне международного права четко различаются жертвы преступлений, которые совершены как со стороны обычных лиц или граждан, так и со стороны должност­ных лиц, которые наделены государственной властью.

         По мнению некоторых специалистов, жертвами преступлений в Российской Федерации ежегодно становятся более двух миллионов граждан, однако официальная статистика не отражает реального уровня преступности: если учесть близких родственников постра­давших и их иждивенцев, то количество жертв преступлений соста­вит более десяти миллионов человек.

        Разумеется, что российское законодательство на всех уровнях своего действия гарантирует судебную защиту прав и законных интересов всех людей, и не только граждан Российской Федерации в соответствии с ч. 1 ст. 45 и ч. 3 ст. 62 Конституции РФ. Часть 1 ст. 46 Конституции РФ гарантирует каждому человеку, независимо от его политико-правового статуса, судебную защиту его прав и свобод, а также дает ему право обжаловать решения и действия (бездействие) органов государственной власти, в том числе и пред­ставителей правоохранительных органов государства. Между тем, как нам представляется, ст. 123 УПК РФ неправомерно ограничивает действие указанного конституционного положения определенным кругом участников уголовного судопроизводства, а также пределом, в котором производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы. Фактически по­лучается так, что реально пострадавшее от преступления лицо, ко­торое необоснованно не признано потерпевшим, не имеет реальной возможности обжаловать незаконные действия (бездействие) или решения органов дознания, предварительного следствия, прокурату­ры и суда. Иными словами, он не может пользоваться теми сред­ствами защиты своих прав и законных интересов, которые преду­смотрены законом и которым пользуются потерпевший или другие участники уголовного процесса. Следовательно, все неправомер­ные ограничения, установленные в ст. 123 УПК РФ, должны быть ис­ключены из текста нынешнего УПК РФ с тем, чтобы указанные выше положения Конституции РФ беспрепятственно действовали.

       В УПК РФ понятие «потерпевший» носит двусмысленный харак­тер: в одном случае оно обозначает лицо (человека или организа­цию), которое фактически пострадало от совершенного преступле­ния и которому по этой причине нанесен физический, имуществен­ный или моральный вред; в другом случае оно означает человека или юридическое лицо, в отношении которого дознаватель, следова­тель, прокурор или суд вынес соответствующее постановление (оп­ределение) о признании его в качестве потерпевшего. В отличие от уголовно-процессуального законодательства Российской империи, о котором мы уже говорили выше и которое не содержало в себе отдельного института признания пострадавшего от преступления лица в качестве потерпевшего, ныне действующее российское законода­тельство не предоставляет фактически пострадавшему от преступ­ления лицу процессуального положения стороны дела до тех пор, пока оно не будет формально признано дознавателем, следовате­лем, прокурором или судом в качестве потерпевшего. Иными слова­ми, незаконно не признанные в качестве потерпевших фактически пострадавшие от преступления лица вопреки требованиям ст. 52 Конституции РФ законодательно, но неправомерно лишены доступа к правосудию, поскольку они не считаются самостоятельной сторо­ной в уголовном судопроизводстве.

     Российская следственно-судебная практика знает немало случа­ев необоснованного и незаконного непризнания всех фактически пострадавших от того или иного преступления лиц в качестве по­терпевших. И все эти пострадавшие являются процессуально бес­правными лицами, поскольку практически не могут пользоваться конституционными гарантиями доступа к правосудию и судебной защиты своих прав и законных интересов в соответствии со ст. 46 и 52 Конституции РФ. В правоприменительной жизни случается и так, что иногда юридически (формально) потерпевшими необосно­ванно и незаконно признаются лица, которые фактически не понес­ли никакого вреда, но юридически обладают всеми процессуаль­ными правами потерпевшего и имеют возможность участвовать в уголовном судопроизводстве для достижения каких-то своекоры­стных целей.

          Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевшими должны быть при­знаны не только люди, или, по выражению законодателя, «физичес­кие лица», которым преступлением причинен физический, имуществен­ный, моральный вред, но также и юридические лица, которым пре­ступлением причинен вред их имуществу и деловой репутации. По ст. 53 ранее действовавшего УПК РСФСР юридические лица не могли быть признаны в качестве потерпевших, хотя преступными действи­ями вред нередко причинялся также государственным и обществен­ным организациям, предприятиям и учреждениям, которые не могли стать стороной в уголовном судопроизводстве, но только имели юридическую возможность заявлять исковые требования к преступ­нику — причинителю вреда — в порядке гражданского судопро­изводства. В этом смысле новый УПК РФ правомерно и заметно расширил круг лиц, которые могут быть признаны в качестве по­терпевших в уголовном процессе и допущены к процессу уголов­ного правосудия в качестве самостоятельной стороны рассматрива­емого дела.

        Согласно ст. 48 ГК РФ юридическим лицом признается органи­зация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество, имеет самостоя­тельный баланс или смету и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать имущественные и личные неимущественные права и обязанности, быть истцом и ответ­чиком в суде. Юридическими лицами могут быть производственные и потребительские кооперативы, хозяйственные товарищества и об­щества, государственные и муниципальные унитарные предприятия, общественные и религиозные организации и объединения, благотво­рительные и иные фонды, ассоциации и союзы, которые объединяют несколько юридических лиц. Юридические лица могут быть призна­ны в качестве потерпевших в случаях нанесения вреда не только их имуществу, но также их деловой репутации. Под деловой репутацией имеются в виду положительные нематериальные активы конкретно­го юридического лица. Интересы юридических лиц в уголовном судопроизводстве могут быть представлены адвокатами и другими уполномоченными лицами в соответствии с ч. 1 ст. 45 УПК РФ. В соответствии со смыслом ч. 1 ст. 42 и ч. 1 ст. 44 УПК РФ в качестве потерпевшего может быть признано также само государ­ство в лице его органов, которые обладают статусом юридического лица. В таких случаях согласно ч. 3 ст. 44 УПК РФ интересы госу­дарства в суде должны быть представлены и защищены прокуро­рами посредством предъявления к правонарушителю гражданского иска в уголовном судопроизводстве.

      Подобно положениям международного права, действующее российское уголовно-процессуальное законодательство, в частности ст. 52 Конституции РФ и ч. 4 ст. 11 УПК РФ, разделяет потерпевших на две разные категории: лиц, против которых совершили противо­правное и общественно опасное деяние обычные, не наделенные властью люди, а также лиц, против которых совершили преступле­ния должностные лица, т.е. управомоченные государством работни­ки органов дознания, предварительного следствия, прокуроры, су­дьи и прочие государственные служащие. Разумеется, что такая классификация законодателя не является всего лишь академичес­кой затеей, но подсказывается различными положениями разных категорий потерпевших.

       Лицо не перестает быть потерпевшим от того, что преступление против него совершили представители правоохранительных органов: работники полиции, дознаватели, следователи, прокуроры, судьи и т.п. Напротив, таких лиц, которые претерпели от преступлений, совершен­ных «блюстителями порядка», следовало бы отнести к особому разряду потерпевших, поскольку их необходимо защищать не от обычных преступников, но от преступников, облеченных государствен­ной властью, имеющих определенные привилегии или иммунитет от уголовного преследования. Защищать достоинство и права потер­певших от таких должностных лиц, имеющих склонность и особую безответственность преступать уголовный закон, особенно тяжело, а иногда почти невозможно без очень высокого уровня квалифици­рованной юридической помощи со стороны профессионального адвоката, имеющего специальные знания и надлежащий опыт рабо­ты. Поэтому все потерпевшие по тяжести их процессуально-право­вого положения могут быть условно подразделены на две катего­рии: защищаемые представителями правоохранительных органов от обычных преступников и защищаемые адвокатами-защитниками от «должностных лиц», официально представляющих правоохранитель­ные органы. Очевидно, что двойное горе испытывают потерпевшие, которые вынуждены защищаться от преступных намерений и дей­ствий самих «правонарушающих правоохранителей».

          Всем понятно что, когда потерпевший вместе с представителями правоохранительных органов отстаивает свои права и законные интересы против лиц, которые совершили против него то или иное преступление, — это одно дело; совершенно другое дело — когда потерпевший защищает свои права от техкоторые по своему долж­ностному положению обязаны и правомочны защищать его права. Именно поэтому во всех случаях всем, без исключения, потерпевшим должна быть законодательно гарантирована обязательная и при необходимости бесплатная защита их человеческого достоинства, личной безопасности и конституционных прав, поскольку в против­ном случае говорить о правовой защите этой категории лиц будет просто несерьезно.

      Здесь закономерно возникает вопрос: как законодательно и практически решить те проблемы защиты прав потерпевших, кото­рых законодатель разделил на две категории: потерпевших от пре­ступлений, совершенных лицами, не наделенными властными и уп­равленческими полномочиями, и потерпевших от преступлений, со­вершенных должностными лицами? Ведь от первых несравненно легче защищаться, нежели от вторых, так как защищаться от одних правоохранителей посредством других правоохранителей — нелег­кая задача.

         Следует отметить, что жертвами преступлений, которые ежеднев­но совершаются должностными лицами государства, становятся десятки тысяч граждан России и проживающих в ней иностранцев и апатридов. Жизнь отчетливо показывает, что права и законные интересы такой категории жертв преступлений по известным причи­нам нуждаются в особой защите, поскольку их права нарушаются незаконными действиями правоохранительных органов — полиции, дознания, предварительного следствия и прокуратуры, которые при­званы защищать эти конституционно гарантированные права чело­века и гражданина. Жертвы сотрудников правоохранительных орга­нов и судебного произвола являются наиболее уязвимыми, посколь­ку их должны защищать «свои от своих», что административно и психологически весьма проблематично. Дело в том, что лица, кото­рые были незаконно или преступно привлечены к уголовной ответ­ственности, арестованы, заключены под стражу, приговорены и осуж­дены на длительные сроки лишения свободы, редко могут добиться своей реабилитации и получить моральную и материальную компен­сацию за причиненный им вред. Ведь действующее российское за­конодательство и тем более правоохранительная практика обычно именуют все такие преступления, совершенные дознавателями, следо­вателями, прокурорами и судьями, не иначе как дисциплинарными пра­вонарушениями и судебно-процессуальными ошибками, за которые они фактически не несут серьезной юридической ответственности. Получается так, что, с одной стороны, легкость совершения правоох­ранителями таких преступлений и, с другой стороны, трудность их раскрытия и наказания сотрудников правоохранительных органов создают такое положение, при котором господствует вседозволен­ность и безнаказанность «оборотней в погонах».

         В российском уголовно-процессуальном законодательстве воп­росы реабилитации жертв должностных преступлений, которые офи­циально именуются реабилитированными, урегулированы в гл. 18 статьями 133—139 УПК РФ. Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вре­да. Под последним подразумевается утеря заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых незаконно был лишен реабили­тированный, т.е. «потерпевший от преступлений правоохранителей» в результате незаконного уголовного преследования; незаконно кон­фискованное его имущество, расходы на предварительное и судеб­ное следствие и исполнение приговора, расходы за оказание юри­дической помощи и прочие расходы, устранение последствий мо­рального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищ­ных и иных правах.

         Как известно, вред, причиненный в результате противоправно­го уголовного преследования невинных людей, возмещается го­сударством в полном объеме независимо от вины органа дозна­ния, до-знавателя, следователя, прокурора и суда. Следует отме­тить, что реабилитированные предстают перед нами в качестве уже привилегированных потерпевших, которые обладают целым рядом существенных правовых преимуществ и гарантий полного восстановления их нарушенных личных и имущественных прав, которыми не обладают обычные потерпевшие. Более того, государство всем реабилитированным' обязывается своевременно возмещать вред в полном объеме, независимо от вины работни­ков правоохранительных органов.

Для решения вопроса можете воспользоваться нашим предложением: Бесплатная Юридическая Консультация

С этой статьёй так же читают:

ЗАДАТЬ ВОПРОС ЮРИСТУ

Добавьте файл... captcha



Адвокат Денис Лисенков